главная контакты видеоролики занятия в Москве магазин форум карта сайта

Клуб пантомимы

Общая концепция

Цель: формирование культурной элиты, способствующей развитию и процветанию новой России путем формирования и воспитания культурного, этического и духовного потенциала подрастающего поколения.

Девиз: «Сознание красоты. Свет и ясность сознания спасет мир».

Деятельность: координируется исполнительным комитетом Клуба.

Основное направление деятельности:

1.Изучение культурного наследия искусства пантомимы (книги, видеоматериалы).

2.Проведение обучающих семинаров и конференций.

3.Оказание поддержки и консультативной помощи коллективам и отдельным исполнителям.

4.Подготовка кадров педагогов для филиалов клуба, групп и театров пантомимы.

5.Изучение и разработка различных направлений в искусстве пантомимы (классическая, философская, бытовая, аллегорическая, абстрактная, концептуальная и др.)

Членство в Клубе.
Членам Клуба могут быть физические и юридические лица: лидеры пантомимических коллективов, отдельные исполнители, спонсоры.

Заявление для участия в работе Клуба принимаются по адресу: Москва, ул. Врубеля, 8. Тел. 8(905)740-2222.

Скачать анкету кандидата.

 

 

Мы рады сообщить, что в этом году была выпущена книга Виктора Бусыгина «Айкидо помогло мне стать сильным, а пантомима счастливым». Желающие могут приобрести книгу через нашу школу. Для этого необходимо предварительно созвониться и приехать к нам на занятия. Стоимость книги 200 рублей.

Школа литовской пантомимы: Модрис Тенисонс

Если говорить о Модрисе Тенисоне, то могу сразу же сказать: талантливейший человек, интеллигент до мозга костей. Модрис всегда был и остаётся настоящим художником в полном смысле этого слова. Он окончил школу прикладного искусства в Риге, учил­ся и работал в «Ригас пантомима» у Роберта Лигерса. Но в 1966 году судьба дала ему счастливый шанс влюбиться и уехать в Литву, орга­низовывать свой театр пантомимы. Когда я с ним впервые познако­мился в Каунасе на премьере спектакля «Берегите бабочку», я был восхищен его мужской красотой и элегантностью, его необычные усы, берет, походка и манера держатся ярко выделяли его из массы людей. Окружающие мимы, актёры его театра, подражали ему, копировали его движения. Он выглядел единственным лидером, за которым шёл вес коллектив. Некоторым он казался великим и недо­сягаемым.

Я всё время мечтал работать с Модрисом и его коллективом. Писал ему письма с просьбой взять на работу, но он ответил отка­зом. Меня терзала мысль, что это за коллектив, чем они живут, и каковы принципы их работы. Ответить на этот вопрос смог лично сам Модрис в своих воспоминаниях, посвящённых пятилетнему юбилею существования ансамбля в Литве: «Двадцать седьмое октября 1966 года, число начала существова­ния нашего ансамбля. Десять людей имели огромное желание посвятить себя искусству пантомимы, и в Вильнюсском молодеж­ном театре зарождался новый коллектив, новый театр. Это было чудное, трудное и неповторимое время. Всё началось с «первого шага» на месте - и через пять месяцев зритель увидел результат без­граничного энтузиазма, юношеского увлечения и работы, - нет! сердцебиения, которое обледенило всех творцов спектакля в одно целое - «Ecce Homo».

Высшая оценка - право на профессиональное существование -данное министерством культуры Литовской ССР. С первого июля 1967 года в Каунасском госдраматическом театре продолжается активная работа. На первом фестивале ансамблей пантомимы при­балтийских республик «Рига 67» ансамбль завоёвывает диплом лауреата и медаль. Пантомима - «Ecce Homo» признана лучшей фило­софской. В дальнейшей работе большое внимание уделяется владе­нию графической и скульптурной выразительности тела - линии и форме, их ритму.

Актёры занимаются рисованием, живописью и лепкой. Музы­кальные упражнение развивают чувство и понятие мелодии, гармо­нии и композиции. Много времени уделяется импровизации - развитию фантазии, дисциплинированности, чувству общности. В это время создаётся система обучения актёра пантомимы. Упражне­ния, являющиеся основой современного балета и динамической школы современной танцевальной техники, легли в основы панто­мимы «Фуга». Задача актёров - отдать мысль, дух и настроение воз­рождая колорит, который продиктовала музыка и живопись, без­гранично ассоциативное творчество великого литовского художни­ка М.К.Чюрлёниса.

После премьеры «Сны Снов» мы приступили к созданию спектак­ля для детей «Берегите бабочку». Задача сложная, интересная и ответственная: дети - зритель крайне непосредственный. Помогла большая степень пантомимичности в общении детей - действие, игра, мимика и подвижное воображение. Новые, более сложные задачи перед актёрами были в работе над спектаклем «Каприччио XX века». На сцене актёр - человек - 

находится перед человеком - зрителем, сидящим в зале. Актёр должен не только полностью вла­деть телом, эмоциями, знать законы выражения чувств, но он дол­жен быть гражданином своей эпохи, живым человеком и художни­ком. Не поможет актёру мастерство, если ему нечего сказать зрите­лю. В пантомиме актёр - человек такой, каков он есть, без костюма эпохи, мелочей, украшений, человек, со своим внутренним миром, проблемой, острой и понятной человеку сидящему в зале.

В спектакле рассказываем о свойствах характерных для меща­нства, которые в конечном счёте приводят к фашизму. История пси­хологии фашизма показывает как на пути ко владению массами фашизм от использования и апелляции низменных инстинктов, склонностей и демагогии мещанства прямо переходит к уничтоже­нию ценностей культуры. Это тот конфликт, который возникает между искусством и мещанством. Сезон 1970-71 года ансамбль начал в Каунасском гозмузыкальном театре. «Коллаж» музыки и пантомимы - рассказ о нескончаемом пути Человека к своей Мечте, о желании найти и понять свою человеческую суть.

Импульс роста нашего коллектива - непрерывный поиск нового, протест штампу, ремесленничеству, копированию.»
Актёрами литовского театра пантомимы были: Витаутас Петрушкявичюс, Гедрюс Мацкявичюс, Валерий Мартынов, Альгис Паплаускас, Рамунас Янулайтис, Ниеле Сторик, Юратэ Микшитэ, Зигмас Баневичюс, Регина Путнайте, Едуардс Павлюконис.

Очень трудно, практически невозможно, рассказать словами однажды увиденный спектакль пантомимы. Недаром существует поговорка - лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать. Мой вос­торг, мое живое ощущение, видение и слушание дыхания и движе­ния мимов невозможно передать словами. Слово не имеет простра­нственного и форменного измерения. Слово - это звук. Глазами звук невозможно увидеть, так же как ушами нельзя видеть. Наши орга­ны зрения - глаза - передают 90% всеобщей информации.

Я видел три спектакля в постановке Модриса Тенисона: «Береги­те Бабочку», «Каприччио XX века» и «Коллаж». Благодаря моему хорошему зрению я мог наблюдать общение мимов на сцене. Я видел, как они рисуют своим телом в пространстве, как они работа­ют в композиции друг с другом. Наконец, я видел и понимал, мысль, заложенную режиссером, и как её играют актёры-мимы. Пантоми­му, как и музыку, невозможно описать словами. Чтобы её понять, её надо видеть. Надо иметь определённый нервный настрой, сосредо­точение мысли и внимательный просмотр происходящего действия. Только тогда вы поймёте, что хотели вам рассказать мимы. Я думаю, что не буду больше пытаться извлекать из себя слова, что бы описать спектакли, которые я видел. Скажу только одно, и поверьте мне на слово, что все три мною виденные спектакли были сыграны на высокоэмоциональном уровне, с очень высокой степенью техни­ческой подготовки мимов. Удивительная сыгранность, чувство пар­тнера, мимическая пластика были суперпрофессиональными.

Добавить о своём друге Модрисе Тенисоне хочу ещё то, что это человек тонкой художественной натуры. Он настоящий эстет, излу­чает огромную симпатию в общении. Говорить с ним всегда очень интересно. Он немногословен, сдержан в эмоциях, и чувствуется его богатый идеями внутренний мир. Он не прекращает ни на минуту свою творческую деятельность, всё время находится в процессе твор­чества, постоянно рисует, изучает пространство и форму. Он сейчас вплотную, как раньше, не занимается пантомимой. Его творчество поменяло русло, он много и интересно работает в исследовании «знака - символа» Лиелвардского пояса и латышского этноса. Его распо­ложенный в интернете сайт «Zime» (Знак), представляет собой инте­реснейшую научную разработку. Это некий космический гороскоп символического знака, куда может зайти каждый желающий, полу­чить здесь свой персональный знак, и сделать послание миру и буду­щему поколению. Заходите в интернет www.zime.lv и вы узнайте больше о знаке. Личная жизнь у Модриса сложилась непросто. После Каунаса и Москвы, где он жил пантомимой, грезил планами и фантазиями, ему пришлось вернуться, как и мне, домой в Ригу. Некоторое время, периодически, он ещё занимался режиссурой и театральной деятельностью, потом женился, у него трое, сейчас уже взрослых детей: Юверис, Петерис и Илзе. Пережил огромную семейную трагедию, в автокатастрофе погибла его жена Илзе, в этой же машине сильно пострадал и он сам, и его дети. Теперь это всё, как бы позади, в прошлом. Но отголоски этой катастрофы откликаются на его здоровье и сегодня. Его сыновья работают и учат­ся в Англии и Камбоджи. С ним рядом его дочь Илзе. А не даёт быть в одиночестве, разделяя любовь и дружбу, подруга жизни Симона. Мы продолжаем с ним встречаться, нам всегда есть о чём погово­рить, хотя за время нашего знакомства мы научились понимать друг друга без слов.

По известности и популярности Модрис Тенисон для литовцев, своего рода Чаплин, которого они так же сильно любят и уважают. За его высокие творческие достижения в пантомиме литовское пра­вительство наградило почётным орденом Гедеминоса. Сейчас Модрис Тенисон почётный орденоносец, уже два года на пенсии, но про­должает рисовать и работать по заказам как художник. Его извес­тность в Латвии и за её пределами всегда останется как легенда Советской пантомимы.

Не надо забывать, что родоначальником советских фестивалей пантомимы была Рига и Прибалтика. Первый Балтийский фести­валь пантомимы состоялся в октябре 1967 года. Вот выдержка из газеты «Ригас Балсс» того времени:

Закончился первый фестиваль ансамблей пантомимы, организо­ванный по инициативе рижан. Три дня перед жюри состоявшей из известных режиссёров компо­зиторов и других специалистов, демонстрировали свои достиже­ния энтузиасты мимического иску­сства Каунаса, Таллинна и Риги.

В воскресение вечером в Рижском Доме офицеров после выступ­ления мастеров пластики всех троих республик состоялось награж­дение победителей. В этом творчестве соревновании первое место поделили «Рижская пантомима», организованная и руководимая Робертом Лигером, и ансамбль Каунасского государственного дра­матического театра под руководством бывшего участника рижской пантомимы Модриса Тенисона. Ансамблю таллиннского Дворца культуры молодежи (режиссер Адольф Тракc) присуждено третье место.

За лучшую режиссуру приз получил Роберт Лигер, а Модрис Тенисон - за эксперимент. Литовские друзья увезли также призы за лучшую философскую пантомиму - постановку «Ecce Homo», за музы­ку к ней, написанную композитором Феликсом Байорасом.

Рижане получили награды за лучшую юмористическую панто­миму, использование национальной тематики, за лучший сцена­рий и за художественное оформление.

Лучшим мимом среди мужчин жюри признало участника Кау­насского ансамбля Гедрюса Мацкявичюса, а среди женщин лучше всех выступила рижанка Надежда Богданова.

Мой большой друг: Валерий Мартынов

Говорить о Валерии Мартынове я буду с нескрываемой гордостью, что у меня есть такой Друг. Он, пожалуй, один из всех моих дру­зей и коллег поддерживает искреннюю и настоящую дружбу со мной вот уже 40 лет. А познако­мились мы с ним 16 марта 1969 года в Каунасе. Это была премье­ра спектакля «Берегите бабочку», мы с группой ансамбля «Р.П.» при­ехали на премьеру коллег-мимов, и после спектакля была свобод­ная встреча и общение в фойе театра. Поскольку общение было в основном на литовском и латышском языках, мне было трудно найти собеседника, т.к. я не знал ни латышского, не литовского. Правда все говорили по-русски, но тусовались группами, латыши с латышами, литовцы с литовцами и я чувствовал себя одиноким. Заметно было, что языковой барьер существует. Русских было мало, всего двое - я и Валерий. Мы сразу же как-то быстро и непринуждён­но с ним разговорились, и на мои вопросы, как вы работаете, как репетируете и как понимаете пантомиму, Валерий очень артистич­но и интересно начал мне рассказывать. В фойе театра была выставка работ мимов из глины и рисунков. Оказывается, что они помимо техники пантомимы и тренировок занимаются ещё ску­льптурой и живописью, чтобы лучше и чувствительнее осознавать пластику предметов. Они использовали в своих работах глину, дере­во, смешанные материалы, рисовали акварелью, тушью и маслом. Я обалдел от красоты и богатейшей фантазии увиденных работ. Все мимы каунасского театра выставили свои работы. Это было обяза­тельное задание для всех. И их режиссёр Модрис Тенисон руководил этим процессом, так как сам он по профессии художник. Вале­рий мне много интересно расска­зывал и показывал, например, как они технически выполняют передачу волны во всём теле. Тако­го мы в «Р.П.» никогда не делали. Ещё он мне рассказал о компози­ции и дополнении, когда работает группа мимов, т.е. о партнёрстве в игре мимов, так сказать, секретах пантомимического искусства. Потом все литовские мимы сильно отличались от остальных своей какой-то неповторимой элегантнос­тью и свободой действий. Они легко и грациозно общались между собой, пластично и красиво двигались, и в каждом была заметно какая-то индивидуальная особенность, я бы даже сказал тайна. Мне это ужасно нравилось и нескрываемым интересом и завистью, что я не с ними, мне хотелось как можно ближе познакомится с ними. И Валерий оказался именно тем человеком, который помог мне познакомиться со всем коллективом.

Жили тогда мимы каунасского театра коммуной в общежитии. Это была коммунальная квартира из трёх комнат, где в первой жил Валерий со своей женой Юратой, также актрисой-мимом этого же театра. Другую малюсенькую комнатушку занимал Зигмас Бальне-вичюс и Гедрус Мацкевичюс, третью ещё двое мимов. Кухня, конеч­но же, была общая, порядка, как и положено в общежитии, не было. Зато каждая комната имела свою яркую индивидуальность. Стены, интерьер, картины и рисунки на стенах отличали индивидуальный мир их обитателей. Мне рассказывать о своей работе в «Р.П.» с Лигерсом пришлось очень мало, да и не о чем было. Ведь я всего лишь год отзанимался и очень мало чему научился. Того, что мне рассказал Валерий, над чем они работали с Модрисом, мы с Робер­том не делали и не умеем. Откуда? Ведь у Роберта свой подход к пан­томиме и своё видение, отличное от Модриса. И вообще-то всё время в наших разговорах шла полемика: «Р.Лигерс - М.Тенисонс». Два противоборствующих лагеря, учитель - ученик - Кто лучше? Меня всё больше и больше тянуло к литовскому театру пантомимы, и я мечтал работать вместе с ними. Валерий оказался настоящим дру­гом и помощником. Он заметил моё стремление к их театру, мою тягу и интерес к методике их тренировок и охотно делился мысля­ми, помогал мне советом. Я стал понемногу, раз в год, приезжать в Каунас, встречаться с Валерием и Юратой. Они вдвоём, ещё кроме работы в театре подрабатывали в ресторане. Тогда только начина­лась волна ресторанных варьете. В советском союзе начинал разви­ваться джаз, а пантомима была просто авангардом. Так вот, как-то в один из моих приездов Валерий взял меня на программу, где они с Юратой играли импровизацию в ресторане. Для меня это было суперновшество, пантомима, да ещё в ночном ресторане. Но то, что я увидел, меня буквально поразило и заразило на такую же самостоя­тельную работу. Валерий выходил полуобнажённый, весь в цепях, со свечой в руках, а Юрата, как птица с настоящими крыльями. Игралась философская пантомима - освобождение человека от цепей, благодаря своей светлой мечте в лице птицы-человека. После выступления Валерий посоветовал мне, чтобы я тоже попро­бовал у себя в Риге что-то придумать подобное в ресторане, так как платят хорошо и свободу творчества не ограничивают. Это было для меня толчком на самостоятельную профессиональную работу и поступлением через год в программу варьете «Юрас Перле» города Юрмала. Целый год я вынашивал идею и репетировал соло панто­миму, т.к. не было у меня достойной партнерши или партнера. В «Р.П.» у меня не было интересной работы, да и Р.Лигерс мне не очень уделял внимания, видя что я увлечён литовской пантомимой. Так я попал в программу «Юрас Перле» а дружба с Валерием про­должалась на новом уровне.

Валерий был из города Горького, и у него до работы с Модрисом Тенисоном был свой коллектив пантомимы. Ещё раньше меня он также учился у Роберта Лигерса в «Р.П.», приезжая в Ригу из Горь­кого. Его пытливый ум, большая эрудиция и великолепная пантомимическая техника позволяли ему самостоятельно искать свой стиль и метод работы, воспитывать своих учеников, создавая свои самостоятельные спектакли, к чему он всё время стремился, что в общем-то всегда и во все времена делал.

В 1971 году в Каунасе происходили политические волнения. Тогда модное молодёжное движение хиппи бушевало в рядах моло­дых людей всей нашей необъятной страны. Произошёл ужасный и трагический инцидент у стен театра. Один молодой человек пуб­лично облил себя бензином и поджёг в знак протеста против правит­ельственного режима, он был ярый фанат и поклонник литовской пантомимы. Была демонстрация протеста молодёжи в защиту этого парня, были танки и разгон демонстрантов. Была реакция дирек­ции театра и увольнение двух мимов и режиссёра Модриса Тенисо-на. Причина была непонятна, это всё скрывалось под грифом «сек­ретно», но под увольнение попал и Валерий. Оставаясь без места работы, без денег, а главное, без творчества Модрис, Валерий и тре­тий уволенный - Зигмас, оказались в труднейшей, казалось бы, без­выходной ситуации.

Но если бы не роковой звонок Ролана Антоновича Быкова из Мос­квы Модрису, сидеть бы им без работы. Известный киноактер и режиссёр Ролан Быков готовил новую программу в московском «Мюзик-Холле», и ему нужна была группа пантомимы. Звонок Модрису, тот, счастливый, сразу же соглашается, с ним Валерий и Зигмас, но этого мало, нужны ещё мимы. Тогда Модрис звонит Ансису в Ригу и предлагает ему работать в Москве. Ансис звонит мне, и я тоже с вели­кой радостью соглашаюсь. Так с ноября 1972 года началась моя совместная работа с Валерием и Модрисом Тенисоном в московском «Мюзик-Холле» им. Леонида Утёсова. Сбылась, наконец-то, моя меч­та! Итак, я в штате артистов пантомимы, зарплата 150 рублей, твор­ческая работа, да ещё у моего любимого актёра Ролана Быкова. Правда, я уже к тому времени был не одинок, а имел подругу и мою ученицу в пантомиме Татьяну. Мы с ней вместе работали в про­грамме варьете ресторана «Лидо», и я уговорил её ехать вместе со мной в Москву, а за одно мне удалось убедить Модриса, что я без

Татьяны не смогу. Хотя по технике пантомимы и по актёрскому мас­терству она было очень слаба, а по характеру ужасно капризна. Но тем не менее мы сыграли с ней свадьбу, она стала моей первой женой и первой женщиной, к которой я испытал любовную страсть. Работа в «Мюзик-Холле» была очень сложной и напряжённой. Каж­дое утро треннаж-репетиция, подготовка номеров пантомимы. Рабо­та над телом и пластикой, в композиции с актёрским дополнением друг друга. Но, большой проблемой становился разжигаемый кон­фликт за руководство «Мюзик-Холлом» между директором Звяги­ной и Р.Быковым. Помню страшно неприятные собрания, с нели­цеприятной бранью на глазах у всего коллектива, с выяснением отношений. Это была борьба в верхах, а мы, простые работяги, мимы-артисты, зависели от исхода этой борьбы. И победителем ока­залась Звягина, а Быкову пришлось отступить, и мы остались без вдохновителя и заказчика. Мы с Валерой, Юратой и Таней объеди­нились и работали отдельной группой вчетвером. Так у нас появи­лась сыгранность и чувство партнера, под руководством нашего лидера Валерия, и мы решили показать свои результаты режиссёру театра на Таганке Ю.П.Любимому. Он согласился нас посмотреть, мы пришли в театр и показали свои импровизации. Неожиданно для нас ему наше выступление очень понравилось, и он нас пригла­сил на повторный просмотр и конкретный разговор уже после того, как театр вернётся со своих гастролей по Франции. У нас появилась хоть какая-то надежда на дальнейшую работу. Валерий умеет очень хорошо знакомиться с людьми, и выбирает всегда очень инте­ресных личностей, близких ему по духу. Так было и с главным художником журнала «Знание-сила» Юрием Соболевым, и с Молко-вым из электронной студии звукозаписи.

Москва в те годы, впрочем, как и всегда, кипела творческой жиз­нью и пёстрой разнообразностью. Ю.П.Любимов разрешил нам посмотреть весь репертуар театра на Таганке, и у нас также была возможность репетировать и экспериментировать в электронной сту­дии Малкова, и ещё экспериментировать с врачами-психиатрами. Мы купались в творчестве и экспериментах. С Валерием у нас сло­жилось полное взаимопонимание, братская любовь и единомыслие. Но не было денег на жизнь, оплату жилья и еду. У нас, с Татьяной происходили частые ссоры, доходившие до психического срыва и конфликта с группой. Она не хотела больше оставаться в Москве, ей всё надоело, эта творческая гонка была не для неё, и она уволилась с «Мюзик-Холла». Шёл 1973 год, лето, жара, в Подмосковье горели торфяники, в городе стоял смог. А тут ещё сообщения, что умер мой любимый клоун Леонид Енгибаров. Я лично с ним не был знаком, но в работе на манеже цирка его выступление видел. Я восторгался его талантом и слышал, что он создал свой театр пантомимы и спек­такль «Причуды клоуна», но посмотреть этот спектакль мне не уда­лось. Смерть этого гениального клоуна меня ввела в депрессию и переплеталась с событиями происходившими вокруг меня.

Положение моё было сложным, я разрывался между двух огней и должен был сделать выбор, остаться в Москве или ехать в Ригу вслед за Татьяной. Я выбрал второй вариант. После долгих разду­мий я решил серьёзно поговорить с Валерием и сообщить, что я уезжаю в Ригу.

(из книги Виктора Бусыгина «Айкидо помогло мне стать сильным, а пантомима счастливым»)

Фотографии Валентина Серова
Репетиция и спектакль театра "Канон"

Страница: 1 2 3

Страница: 1 2 3

при поддержке x-lab © ОБЩЕРОССИЙСКАЯ ОБЩЕСТВЕННАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ
ФЕДЕРАЦИЯ РОССИИ ЮН ЧУН ЦЮАНЬ (ВИН ЧУН)